Правые сели в свои сани.

Их таланты снова понадобились власти.

Третий съезд "Союза правых сил" закончился задолго до полуночи. Это немалое достижение для партии, члены которой редко отказывали себе в удовольствии поговорить до утра. Видимо, попытки руководства СПС обучить свою паству дисциплине стали приносить долгожданные плоды.

Противников ужесточения внутрипартийных порядков оказалось на съезде неожиданно мало, а наиболее яростные борцы с "авторитаризмом Немцова" и "перерождением демократической организации в секту" и вовсе не явились, очевидно, поняв, что их вряд ли захотят слушать. Правда, верхушке СПС, чтобы не разрушить хрупкий мир, тоже пришлось пойти на ряд жертв. Предложив в партийный устав несколько поправок, расширяющих полномочия центральных органов партии, особенно - ее исполкома, и заметив, что "низы" ропщут, вожди не решились ломать съезд через колено, смиренно приняв мнение большинства как неизбежное зло демократии.

Самая крупная жертва, принесенная на этот алтарь, - отказ съезда зафиксировать притязания СПС на президентский пост. Не один месяц председатель политсовета Борис Немцов разъяснял товарищам, что приличная партия должна идти на президентские выборы с собственным кандидатом, а не ждать, под кого ее подложит Кремль. В противном случае она не будет уважаема ни народом, ни властью. По нынешней ситуации место такой партии - на подхвате у "Единства и Отечества". А достойно ли это место "Союза правых сил", не устающего гордиться своими неисчерпаемыми интеллектуальными ресурсами?

Делегаты съезда, собиравшиеся в минувшую пятницу в подмосковном доме отдыха, должны были наконец заявить о президентских амбициях СПС. За несколько дней до форума Борис Немцов говорил об этом как о приоритетной задаче. Однако в повестку съездовской дискуссии тема партийного кандидата как раз и не вошла. Никто и не вспомнил, что такая проблема у СПС есть и пора бы уже с нею покончить. Поскольку об этом забыл даже сам Немцов, стало ясно: сейчас не то время, когда правым выгодно дразнить кремлевское начальство. В партии восторжествовала точка зрения Анатолия Чубайса и Сергея Кириенко, которые считают, что кандидат на 2004 год у СПС уже есть, фамилия его - Путин, и нечего выпендриваться, приискивая ему какую-то альтернативу. Он может обидеться, а кому это нужно?

Чубайсу и Кириенко это совсем не нужно, однако в партии полно людей, не удовлетворенных своим общественным положением. Время от времени они начинают спрашивать: а что, собственно, СПС поимел оттого, что помогал Путину в 2000 году, и откуда известно, что в 2004 году Владимир Владимирович будет щедрее? Если не считать полпредства Кириенко, правым ведь ничего не перепало, зато сколько хороших мест президент неизвестно за что подарил своим бывшим питерским сослуживцам! Можно, конечно, вместе с Гайдаром порадоваться тому, что правительство Касьянова успешно выполняет программу "Союза правых сил", но не лучше ли было бы поручить ее выполнение правительству, укомплектованному кадрами СПС? Что и говорить, не очень-то ценит власть своих союзников. С тех пор как администрация президента нашла себе опору в думских "центристах", фракцию СПС стали обходить вниманием даже правительственные либералы Кудрин и Греф. По-видимому, чем старательнее служишь, тем меньше тебя замечают. И этого наблюдения уже достаточно, чтобы в правых рядах завелся дух фрондерства, появились мысли о переходе в "конструктивную оппозицию", о подготовке собственного кандидата на президентскую должность...

Накануне съезда эти настроения распространились так широко, что сдержать их, казалось, не было никакой возможности. Тем не менее "праздник непослушания" не состоялся. И отменил его не Чубайс. Просто правые вдруг обнаружили, что "наверху" в них опять нуждаются, что у них нежданно-негаданно появилась возможность поучаствовать в большой игре, не менее интересной, чем конфронтация с президентом.

Эта перспектива открылась в связи с обострением отношений между питерскими новобранцами Путина и старослужащими московского набора. Оценив силу "северного альянса" (так теперь называют новых питерцев), кремлевские либералы во главе с Волошиным и правительственные либералы, включая Касьянова, поняли, что, полагаясь только на добрую волю президента, долго они не продержатся, и вспомнили про бедных родственников из СПС. И в Кремле, и в Белом доме сразу же возник острый интерес к новаторским инициативам правых. Наиболее показательно в этом плане личное шефство Михаила Касьянова над их проектом армейской реформы. Вообще-то Вооруженные силы не входят в зону ответственности премьер-министра, силовыми ведомствами занимаются президент и Совет безопасности. Многие до сих пор не поймут, с какой стати Касьянов взялся за чужую работу, а все очень просто: премьер обретает довольно эффективных в публичной борьбе союзников и одновременно осаживает не в меру осмелевших "силовиков".

С возвращением в кремлевский быт традиций подковерной войны "ястребов" с "голубями" у правых появилась работа, которую они хорошо освоили при Ельцине и в которой они намного сильнее главной "партии власти" - "Единства и Отечества". В ельцинские времена это называлось "борьбой за президента-демократа" и выражалось в публичной поддержке президентских "голубей". Для партии, которая не имеет серьезной социальной базы и солидного представительства в структурах власти, участие в дворцовых войнах, хотя бы и в роли подносчика снарядов, пожалуй, единственный способ оставаться влиятельной силой. Так что сегодня "Союзу правых сил" нет смысла покидать свою традиционную нишу.

АНАТОЛИЙ КОСТЮКОВ.

  00:04 20.12